Первые и яркие воспо-
минания о Безымянке моего
детства - это немного пыльные
дворы панельных пятиэтажек,
поросшие карагачом и
акацией, и огромные, выше
человеческого роста, сугробы
вдоль тротуаров зимой.


Что я помню про школу?

  • Общедоступно

Что я помню про школу?

Начато vals 2224 дн. назад Ответы (1)

Именно про школу, вернее, про учителей. Про одноклассников я уже кое-что рассказал и, надеюсь, ещё расскажу.

В эту школу я пошёл в 1-ый класс. И учился в ней до 8-го класса, пока моя мама не решила, что мне уже достаточно пользоваться своей репутацией, которую я заслужил у учителей, и пора бы мне попробовать свои силы в новом коллективе.

Бессменным директором школы был БЕС. Так все учащиеся звали директора, к которому испытывали уважение, смешанное со страхом. Страх перед начальством – это чувство, наверное, впитывалось советскими школьниками от среды обитания. Вызов к директору – это нечто ужасное, хуже только исключение из школы.

Уважение же в глазах пацанов БЕС заслуживал экстравагантными и не вполне педагогическими поступками, например, он мог буквально пинками выгнать из туалета куривших там пацанов. Конечно, никто серьезно не курил в то время, за курение могло здорово попасть от родителей, да и просто от прохожего. Но закурить в компании пацанов – это поднять свой авторитет. А авторитет в то время ценился, потому что рабочий район, в котором мы жили и в котором находилась школа (ул. Красных Коммунаров, 28), был условно разделен на территории, привязанные, в основном, к домам, и на этих территориях существовали свои порядки. И без авторитета, или хотя бы без того что тебя знали, или знали через кого то, сложно было пройти через чужую территорию, не получив пинка, а то и в ухо. Но что-то я отвлёкся.

Так вот, директора звали и, дай бог, зовут и поныне, Борис Евсеевич Соломоник. БЕС, как оказалось, это аббревиатура, составленная из его полного имени. Это слово, так удачно подходило к нему во времена его директорства. По рассказам, он уехал в Америку. Хороший был директор, авторитетный. Здоровья ему и дожить до 120-ти лет.

Первая учительница - Хамина Нина Васильевна. Ничего особенного про неё не помню, кроме того, что мне нравилось как она писала прописи в моей тетради по чистописанию, очень красиво и красными чернилами. Причём перьевой ручкой, мы все тогда писали перьевыми ручками. Ручки и перышки, а также некая штучка для чистки перьев - перочистка, лежали у нас в школьных деревянных пеналах, а разнести на каждую парту чернильницы перед уроками это была обязанность дежурного по классу. Чернильницы были двух видов: «непроливайки», из коричневой пластмассы, вытрясти из которых чернила можно было если очень постараться, и обычные стеклянные, из которых испачкаться чернилами можно было в два счёта. Кстати, чернила тогда были всегда фиолетового цвета.

После четвёртого класса нас приняла в свои заботливые руки Егорова Инна Васильевна, как тогда говорили, классный руководитель. В школе она преподавала математику. Её отличал очень живой и быстрый ум, она была очень деятельная, находчивая, с хорошим чувством юмора, благодаря которому, очень многое запоминалось на уроке. Скорее всего, это были такие педагогические приёмы и всякие домашние заготовки, но применяла она их виртуозно. Класс её очень любил.

Рабкина Нина Семёновна учитель русского языка и литературы чаще всего ставила мне тройки. Я не мог запомнить ни одного правила, которые надо было отвечать на уроке, кроме «жи, ши пишутся с буквой и» и правило, что деепричастный оборот выделяется запятыми. Как я ни старался их честно выучить и запомнить. Она все равно ставила тройки, несмотря на то, что я писал практически без ошибок, интуитивно, опираясь на правописание прочитанных мною книг, а читал я много. Тройки чаще всего были за пунктуацию, я до сих пор не до конца уверен где надо ставить запятые. Но, большое спасибо Нине Семёновне – она заставила меня обратить внимание на русский язык и сбивала с меня спесь «хорошиста».

Еще почему-то запомнилась учительница пения, хотя пение у нас было очень недолго, пел я плохо, слуха, как я понимаю, у меня нет, и в хор меня не брали, и, вообще, я был не интересен в этом плане. Её звали Аделина, отчества, к сожалению, не помню, молодая, очень красивая, всегда одевалась очень эффектно. А когда она надевала к наряду бархатную ленту на шею, что ей очень шло, некоторые пацаны в классе шептались и авторитетно заявляли, что она сегодня пришла с засосом, хотя в то время я не понимал что это такое.

Ответы

  • vals 2224 дн. назад

    Вот нашел, 84 года. Интересно, он?

    Boris Solomonik

    Home (585) 442-5204

    107 Bobrich Dr

    RochesterNY 14610-2026

    Age: 84
    Location: Rochester, NY