Первые и яркие воспо-
минания о Безымянке моего
детства - это немного пыльные
дворы панельных пятиэтажек,
поросшие карагачом и
акацией, и огромные, выше
человеческого роста, сугробы
вдоль тротуаров зимой.


Протянуть руку человеку.

  • Общедоступно
vals 2042 дн. назад

Человек нуждается в помощи или просто в поддержке. Совершенно незнакомый человек. Трудно протянуть ему руку или нет? Я вчера протянул. Один из нескольких десятков человек стоящих на платформе Каланчёвская. Причем, это было так неожиданно для меня: когда стоящим на платформе стало понятно, что человеку надо протянуть руку, я ожидал, что это сделают те, кто стоит ближе всего, а моя очередь сотая. Однако, вышло так, что я оказался единственным, кто протянул руку.

Довелось мне быть на трёх вокзалах с поручением, и я возвращался домой на электричке с платформы Каланчёвская. Когда я пришёл на платформу, до поезда было добрых полчаса и, кроме меня, там было еще два человека: мужичок покуривал ближе к началу платформы да бабуся на лавочке у павильона что-то жевала. Сел и я дожидаться поезда.

Через двадцать минут платформа заполнилась ожидающим народом так, что мне стало неудобно курить – дым от сигареты относило на близко стоящих некурящих людей. На противоположной платформе тоже скопился народ. Вдруг к краю противоположной платформы подходит человек и спрыгивает на пути, за ним спрыгивает крупная овчарка и они идут через рельсы к нашей платформе. Человек лет сорока, без шапки, одет чуть-чуть не погоде: джинсы, куртка демисезонная.  Но одет чисто, на бомжа не похож, хотя и видно, что он чуть выпивши, да и по общему впечатлению из любителей выпить. И собака при нём воспитанная, слушается его беспрекословно. Тем не менее, выделяется он из толпы людей возвращающихся с работы некоторой своей асоциальностью.

Вот он подходит к краю нашей платформы, что-то спрашивает у стоящего на краю платформы мужика и идет дальше вдоль платформы в мою сторону. Подходит еще ближе и снова спрашивает у другого мужика, а мне уже слышно что он говорит:

- Поднимешь? - В ответ равнодушный взгляд и молчание.

Да, я сам не одобряю таких поступков: прыгать на пути и подвергать риску свою жизнь и нервы машиниста поезда, который должен вот-вот подойти. Но человек-то уже на путях. Он периодически оглядывается в сторону ожидаемого поезда. С той платформы ему кричат:

- Обойди с той стороны! – и показывают на начало платформы.

Я понимаю, что охотников протянуть человеку руку и поднять его с путей больше не будет вообще, встаю с лавочки и со словами «я подниму, давай сначала собаку» протягиваю руку.

- Она сама запрыгнет, - говорит он. Ну, сама так сама, я, стараясь не улететь вниз, вытягиваю его за руку. Потом он сильно свешивается вниз, командует собаке:

- Лапы давай! – собака поскуливает, виновато отводит глаза, переступает лапами.

- Лапы давай, говорю! – человек снова командует, свешивается еще ниже и хватает её за ошейник.

Я стою рядом в готовности перехватить собаку как только что-то окажется в моей досягаемости. Он начинает тянуть и поднимать собаку, и тут они падают на рельсы! Оба, сначала собака, потом он на неё, вдобавок несильно бьётся головой о рельсу – шапки-то нет.

- Нет, давай сначала собаку, - говорю я, он трёт ушибленную голову, приподнимает собаку, я подхватываю её сначала за ошейник а потом и за передние лапы и выволакиваю её на платформу. Потом подаю руку и вытягиваю его самого. Он командует «рядом» и они уходят к началу платформы. Через минуту с той стороны слышится яростный лай нескольких собак – оказывается, это так реагирует стая бездомных собак, которые живут и кормятся у платформы. Через небольшое время лай затихает. Но это к делу уже не относится, через минуту подъехал поезд на Голицыно и они, видимо, уехали.

Но что приятно, так это то, что я, фактически, уже давно дважды дед, но он, пожимая мне руку, сказал: «Спасибо, отец».